«Я царь – я раб – я червь – я бог»
Г. Р. Державин
Любая наука о человеке рано или поздно подходит к решению проблемы его регуляции и саморегуляции. В нейропсихологии этот вопрос решается в парадигме теории трех функциональных блоков мозга.
Теория трех функциональных блоков мозга А.Р. Лурия является не просто его выдающимся теоретическим открытием. Это краеугольный камень нейропсихологии. Ее значение связано с тем, что она постулирует иерархический принцип строения психологических систем и соответственно их мозговой организации. Принцип иерархии – один из базисных аспектов эволюционного учения. Заложив его в основу науки о системно-динамической мозговой организации психической деятельности, А.Р. Лурия концептуально предопределил и обосновал методологию и кардинальные пути развития нейропсихологического анализа феноменов поведения человека.
«Когда мозг полностью использует свой потенциал, у нас появляется новое мировоззрение и контроль нейросоматического блаженства над виной, недоумением, эмоциями и «телесными симптомами»… Этот этап предшествует возникновению эволюционного сознания и бессмертия», – констатирует Р.А. Уилсон (1999), размышляя о научных открытиях последних лет. Луриевская идеология предоставляет реальную возможность исследования этого потенциала, а следовательно, творческого и осмысленного его раскрытия.
Именно «язык» III ФБМ описывает и квалифицирует с позиций синдромного анализа самые разнообразные феномены поведения человека. Владение этим языком определяет расширение границ и продуктивность нейропсихологического подхода к индивидуальным различиям в норме, при пограничных и патологических состояниях, связанных с соматическим, неврологическим, психопатологическим дефицитом, в детстве и в возрасте инволюции. Когда этот язык становится для человека «родным», у него в руках оказываются самые мощные рычаги управления собственным и чужим поведением. Ведь в теории III ФБМ «словами» являются не метафоры и аллегории, а конкретные, имеющие место в реальности психологические процессы.
В кулуарах различных конференций не раз за последнее время слышны «заявки на большой успех» – развитие теории III ФБМ в теорию IV ФБМ. Как я поняла из крайне эмоциональных лозунгов, на эту роль – четвертого блока – готовят мозолистое тело. Как ни грустно это констатировать, но авторы таких идей вообще в принципе не поняли А.Р. Лурия – или же вовсе не читали, но разговор, как видно, поддержать могут. Он создал теорию уровневого строения психологических систем, которые имманентно снабжены способами и формами актуализации.
Аналогично любому государственному устройству, они имеют законодательный (1-й и 3-й ФБМ) и исполнительный (2-й ФБМ) аспекты. Разумеется, здесь есть и механизмы реализации этих ветвей власти. В чем, собственно, и состоят функции мозолистого тела, других интра-, трансгемисферных и подкорково-корковых (включающих спинальные и т. п.) систем интеграции.
Впрочем, если сегодня заново, под аплодисменты, как ноу-хау, открываются, например, таламо-кортикальные связи и роль стриопаллидарной системы (открытые, к слову, 40–80 лет назад), можно только пожать плечами и еще раз посоветовать всем, кто начинает серьезно знакомиться с нейропсихологией, со вниманием отнестись хотя бы к той базовой литературе, которая представлена в конце данной книги. Эта реплика, кстати, – тоже констатация факта, имеющего прямое отношение к негативным последствиям проблем междисциплинарного многоязычия. Иными словами: «Не верь, не верь, читатель….», а обратись лучше к старым добрым Мастерам; они-то, сами того не желая, а просто фактом своего существования элиминируют тенденцию льстить себе по поводу и без. Все заложенные в их концепциях идеи можно/нужно «расширять и углублять», но не искажать глобально, поскольку идеологически они завершены и вполне гармоничны; лучше потратить время на что-нибудь более эффективное. Теорию же III ФБМ имеет смысл разрабатывать в рамках, заданных А. Р. Лурия. Тем более что многое в ней (в клинико-психологическом, психотерапевтическом, психиатрическом, педагогическом контексте) до сих пор остается малоизученным в нормативной, патологической и пограничных зонах исследования.
Теория трех функциональных блоков была опубликована в 70-е годы XX в. (Лурия, 1973) и постулировала следующие уровни мозговой организации психической деятельности:
– блок регуляции тонуса и бодрствования (1-й ФБМ);
– блок приема, переработки и хранения информации (2-й ФБМ);
– блок программирования, регуляции и контроля сложных форм деятельности (3-й ФБМ).
Этой идеологеме нейропсихологии уделяется сравнительно мало места в монографиях и учебниках. Между тем последующие исследования позволили расширить эти представления и увидеть, что луриевская идеология идентифицирует и интерпретирует те психологические феномены, которые без этого «ключа» оставались либо вовсе незамеченными, либо некорректно и/или неполно описанными.
Потому сосредоточимся на содержательном наполнении понятия «регуляторные уровни поведения». Ведь это – альфа и омега теории III ФБМ. Фундаментальные источники и векторы психической деятельности обсуждаются в ней через дихотомию «Я (как природный феномен) – Я (как творение моих социокультурных трансакций)».