Поехали как то толпой в пейнтбол поиграть. Я, Бегемот, плюс тьма народу. Кто то из этой тьмы пригласил Сашу. Мы как увидели Санька-так удивились сильно.
Ну еще бы. Играете вы в пейнтбол, после игры снимаете маску-а рядом- Шамиль Басаев вам сквозь бороду скалится. А на дворе 98год. И мне сдается, в любом заведении с щитом на эмблеме ему обрадуются больше, чем Святому Граалю. Да, о чем я говорю?
Святой Грааль, Философский Камень, Золотая Рыбка-да ни один мент этот набор на Шаму не поменял бы.
Мы дружно помотали бошками. Рядом по-прежнему лыбилась нам Звезда Героя России.
А то и две.
Наконец, еврейский скептицизм взял верх над русской мечтательностью. Мало ли кто на кого похож? Бегемот, вон, как бороду отрастил-тоже здорово на Хаттаба машет, и что?
– Аээээ… Максим, с кем имею честь?
– Александр. (ни намека на акцент)
– Ээээ, не мое, конечно дело, Саш-но вот зачем весь вот этот яркий сценический образ в повседневной жизни? Я, понимаю,«бороденку сбрею-но умище куда деть?» -но все же? Неужто спокойно жить не тянет?
– Видишь ли, Макс, раньше-когда я пытался скрыть в себе амира- я был похож на замаскированного террориста. Раз в квартал какой-нибудь особо бдительный срывал с меня овечью шкуру трясущимися от счастья чистыми руками и, пылая сердцем и леденя разумом, выводил на чистую воду. Со временем мне стало неловко разочаровывать такое количество незнакомых людей. Клянусь, глядя на слезы, дрожащие на ментовских ресницах я иногда искренне жалел что не рожден Басаевым. Проблема в том, что как всякие романтики, менты держали меня по трое-пятеро суток, наверное, до последнего теша в себе надежду, что я таки превращусь в Шамиля. В 110м отделении, например, они неделю на меня медитировали. Приходили по одному и группами, садились поудобнее с портретом прототипа и глядели. То на него, то на меня. Молча. С тех пор я не хожу в зоопарк. Особо продвинутые даже пытались узнать про наше родство. Венцом этих злоключений была попытка вербовки комитетчиком-энтузиастом с мутными перспективами поездки в Ичкерию. Еле отбоярился от такой чести. По моему, этот «фейс» был шизофреником. Там у него в планах было чуть ли не свержение прототипа-двойником с полной сдачей всего бандподполья лично ему силой псевдобасаевского авторитета.
– Дааа! Далеко пойдет пацан.
– Да я не потому решил, что он c пулей в голове. Подобные идеи я нередко слышал.
– А что тебя навело на эту мысль?
– Он Шекспира цитировал почем зря! У того ж полно про близнецов понаписано «Двенадцатая ночь», «Комедия ошибок"и проч.-вот этот шизик и давай жечь мне сердце Уильямовым глаголом!
– М-да. Значит, буйный. Будет вожаком.
– Бесспорно. Так вот, я продолжу с вашего позволения-когда я отрастил бороду и начал ходить в военной форме с черным беретом-менты отстали. То есть для них это-перебор.
Иной раз какой мечтательный постовой и подойдет так-но робко-робко. Бочком. Ну как если б Синдию Кроуфорд пытался на улице закадрить, сжимая свежеконфискованный у бабки букетик мимозы в потной ладошке. С такой же верой в успех.
Ну я ему тут же паспорт в рожу тычу и-
– Такой большой дядя вырос, а все в сказки верит?
Краснеют обычно и отходят, смущенно матерясь.
– Весьма разумно. Но я бы поостерегся поддатым мусорам попадаться. Эти-то заловить Буонапарте и в штаб его представить всегда рады. Хоть чучелом, хоть тушкой.
– Это да…
Потом мы поиграли еще и пофотографировались на память. Грех было не обыграть такую фактуру-и некоторые снимки получились- хоть на «Кавказ-центр» вешай.
Под комментариями с акцентом-
«Славные муджахиды рэжут муртадов и мунафиков в вилайате Галгайче. Алла Акбар!»
Повезло, что один из толпы (Вася) приперся в советском ХБ-вот он-то у нас и выполнял роль страстотерпца и мученика. Его многкратно брали в плен и изобретательно нарушали в обращении с ним Гаагскую конвенцию. Венцом фотосессии была серия охотничьих снимков-«гляди, какого матерого завалили». Мы вошли в раж-идеи фонтанировали, но матерый Вася, весь перемазанный красной пейнбольной краской послал нас всех нахуй -и пришлось, что бы его разжалобить, снять серию фото, годных для журнала «Братишка».
Там христолюбивое воинство давало просраться абрекам по самое «немогу».
Живописней всего получилась моя инсталляция на тему Иоанна Крестителя-с усекновением амировой башки. На нее извели остатки красных шаров. Через некоторое время я с некоторым удивлением увидел в Сети сие творение, подтверждающее очередную,285ю гибель подлой вражины от карающей длани Расеи-мамы.
Прошло полгода. Мы неоднократно виделись, играли, но Саша, увы, к нам больше не заходил.
Тут необходимо краткое лирическое отступление.
Меня крайне редко тормозят менты. Что-то в моей неказистой ряшке им внушает. Как говаривал ментовской генерал Паша, будучи в сильном подпитии-
«Вот за что я тебя, Макс, не люблю-за то, что твоя рожа вызывает подсознательное доверие»
Но. Это пока я выбрит.
Стоит мне пару дней не скоблить рожу-и все мусора в округе-мои. Такое впечатление создается, будто вместе с щетиной на всеобщее обозрение вылезают все мои пороки.
Налицо становится также неразвитое правосознание и склонность к нарушению режима.
Я крайне редко шляюсь с небритой мордой-потому мог по полгода не заглядывать в паспорт. Ни к чему он мне был. С собой таскал- «Авось пригодится» -но годился он мне крайне редко. А тут вылез я с недельных блядок-и шел ловить машину. Весна, солнышко греет, ветерок развевает жидкую бороденку… (Звучит тревожная музыка)
– Ваши документы, гражданин!
Упс. Поворачиваюсь-два каких-то щенка в форме. То ли рядовые МВД, то ли курсантики-первокуры. Даже пистоля им не положено-одни дубинки на поясе болтаются. Защитнички.
– Да пожалуйста! -тяну им паспорт. Нетерпеливо подрыгиваю ножкой-жду когда отстанут.
Но.
У мусоренков вытаращиваются зенки. Они ошарашенно смотрят то на меня-то на фото в паспортине. Пауза затягивается. Мне все это начинает надоедать. Ну да, я не особо фотогеничен-да и снимался давно-но много ли народу похоже на свои паспортные снимки?
– Ну что смотрите? Это я!
Мусорята инстинктивно делают шаг назад и испуганно жмутся друг к дружке.
Как то странно они себя ведут. Укуренные что ли?
Делаю шаг вперед, тяну руку (мусоренок испуганно пищит),беру у него паспорт, разворачиваю-и столбенею. Вот твари.
Мои подонки-дружки наклеили поверх паспортной -один из совместных снимков с Шамилем. Довольно живописный. Три фигуры в военно-американском, обнявшись за плечи, попирают берцами окровавленный труп матерого Васи. Слева-Басаев (Саша),справа-Хаттаб (Бегемот) -по центру мудак (я). Для особо невнимательных на кадре присутствует линия-что выделяет мою тыковку из общей группы и выходит в небо. Там сия кривая окружает надпись:
«ЭТО Я»
С матом отрываю эту подставу от паспорта. К счастью, клеили на водный карандаш.
Тычу паспортной фоткой в рожу остолбеневшим отрокам.
– Вот! Это друзья мои! Пошутили! А так! Вот! Это-Я!
Что-то на лицах мусорят особого облегчения не видно. Ну да, допирает, до меня.
Первую то фотку они хорошо разглядели. И в мусарню с ними нельзя-пока разберутся-почки точно отобьют. А может и разбираться не станут. Оно им надо? Тут дело-пестня.
Какие, спрашивается, еще нужны доказательства если на снимке селебритиз террористического подполья с тобой в обнимку попирают труп свежезамученного федерала? Сам себе статью нарисовал, дебил.
Нет, надо валить, однозначно. Но. Надо как то выбить из этих мусориных детей
память о моих паспортных данных.
И я устраиваю показательную истерику русского разночинца конца 19го века.
Есть в моем репертуаре такая.
– Молодые люди!!! (визгливо) Подойдите сюда немедленно, да-вот вы и вы!
(Мусорята дружно отпрыгивают подальше)
– ЧТО ВЫ НА СЕБЯ НАПЯЛИЛИ?!!! (ору) ВЫ ЧТО-С УМА СОШЛИ? ВЫ ЧТО, НЕ ПОНИМАЕТЕ,
ЧТО НА ВАС ЛЮДИ СМОТРЯТ!!! (визжу) И КАЖДЫЙ, ВЫ ПОНИМАЕТЕ, КАЖДЫЙ -СМОТРИТ НА ВАС И ПОНИМАЕТ-ЧТО ВЫ -ЯРЫЖКИ!!! СЕМЬЮ ПОЗОРИТЕ, СОБАЧЬИ ДЕТИ!!! А НУ МАРШ ДОМОЙ! (брызгая слюной, топаю ногами) ПОЧЕМУ НЕ В ГИМНАЗИИ, ПРРРРОХВОСТЫ!!!! НЕМЕДЛЕННО ДОМОЙ, СОБАЧЬЮ ФОРМУ СНЯТЬ, СЖЕЧЬ И МАРШ В ГИМНАЗИЮ!!!! ВООООН!!! (истерика нарастает, глаза у ментят-с блюдца размером) НЕЕЕТ!!! (реву я) Я САМ ВАС К МАМКАМ ОТВЕДУ! И УШИ НАДЕРУ-РАЗ ОТЦЫ НЕ СМОТРЯТ!!! А НУ-КА! (тяну руки к мусориным ушам)
Этого оказывается достаточно. Ментодети разворачиваются и галопом сваливают. Бегу за ними. Те поддают газу-и придерживая фуражки скачут за угол. Ффффу.
Пора и мне. А то как бы на взрослую особь в погонах не нарваться.
Дома долго пил и матерился. Нет, ну какие ж гондоны у меня дружки.
Потом отпустило. Долго ржал.