Warning: Во время описываемых событий пострадало чувство собственного достоинства мусульман и одно животное (ишак).
Просьба тем, у кого сии факты вызывают обострение хронических заболеваний межушевого ганглия далее не читать.
Примечание. Мнение автора может не совпадать с мнением описываемых им людей и ишака, мнения которого никто не спрашивал.
Гостил как то в 90е в Ашхабаде.
Проникся там Востоком по-полной.
Восточный город живет дворами. Это как племя, что ли. Миниячейка общества. Все взрослые друг друга и друг про друга знают, общаются, ходят в гости.
Иногда накрывается дастархан-прямо во дворе организовывается застолье. Дети тусуются тоже согласно квадратно-дворовому признаку. Во дворе есть свои авторитеты, парии, знаменитости.
И клоуны.
В нашем дворе главный клоун-это Мурат. Полутуркмен, полурусский. Уникальный персонаж. Русофоб и чурконенавистник в одном теле. Русская половина в нем глумится над «зверями», туркменская плюется на «неверных собак». Поскольку знает хорошо и тех и других-достается от него и оккупантам и автохтонам.
За день до представления Мурик оповестил народ, что цирк состоится во дворе в 7 утра.
Явка обязательна.
Поутру во дворе аншлаг. Жильцы торчат в окнах, восседают на лавочках и топчанах, курят на балконах. Мужское население с верхних этажей лорнирует дамские халатные декольте с нижних.
7.00
Во дворе появляется ежеутренний бабай-молочник. Древний дед на ишаке с двумя бидонами молока. Вид архаичный: халат, кирзачи, папаха. Живое воплощение традиций. Ишак хозяину под стать-флегматичен и полон сознания собственной значимости. Неторопливо переступая ишак выходит на середину двора… и тут сзади из кустов выползает Мурат-с палкой в руках. На конце копья у него привязана тряпка. Этой-то тряпкой Мурик тычет животине под хвост.
Как выяснилось впоследствии-тряпка была пропитана скипидаром. Сделав свое черное дело, негодяй скрывается в кустах, незамеченный всадником.
Двор, затаив дыхание, ждет представления.
Поначалу ничего не происходит. Но через пару метров сигнал от пылающего очка таки добирается по неторопливым нейронам до ослиного мозга.
Ишак задирает уши и становится похож на пожилого зайца. При этом на зайца, страдающего базедовой болезнью-ибо глаза у него вылезают из орбит.
Раздается истошный рев и начинается форменное родео. Осел встает на дыбы.
Дед, порастеряв всю степенность, визжащей макакой повисает на шее. Осел переходит в стойку на передние копыта-бидоны летят в разные стороны, но дед немыслимым усилием удерживается в седле.
Не забуду эту сцену: ишак деревянно переступает на передних конечностях, задние танцуют яростное фанданго в воздухе, а на его спине висит ополоумевший наездник. Никогда не видел у туркмен таких больших и выразительных глаз.
Осел явно похоронил в себе танцора: он очень ритмично выплясывал верхний брейк, аккомпанируя копытами и подпевая при этом.
Препохабнейшая картинка, согласен. Бабай никого не трогал, молочишко детишкам развозил, а тут эта сука… Но спокойно смотреть на этот цирк никто не мог. Двор выл, извивался, хрюкал, заходился в истерике…
Деду было не до обид-он показывал класс в джигитовке. Ишак, приплясывая и вертя бедрами, сделал два круга по двору, затем изящно перешел на нижний брейк: шлепнулся на жопу, расставил задние ноги, и пополз задом по асфальту, перебирая передними копытами.
Публику порвало в клочья. Какая-то тетка чуть не выпала в окно.
Дед не сдавался. Цепко держась за шею, он умудрился вытащить плетку и пустить ее в дело.
Получив пару горячих, ополоумевшая скотина подскочила, и, утробно завывая, взвилась в воздух. Прыжок на метр, не меньше. При этом он на секунду завис в воздухе-то что в балете называется «баллон» и за что там очень ценят танцоров.
Приземлившись, брейкденсер вдруг мутировал в скакуна. Даже в гоночного пса, скорее-если судить по реактивности спурта. От резкого ускорения у бабая наконец слетела папаха. Туркмен оказался модником-волосья в полметра развевались над сияющей плешью.
Так я и запомнил их: скачущих наметом вдаль. Стелящегося по-над землей ахалтекинского ишака и вцепившегося намертво всадника с развевающейся за спиной шевелюрой, переплетенной с бородой. За спиной у джигита хлопал на ветру халат-бурка.
Эпическое зрелище, надо сказать.
Еще б Вагнера врубить погромче-для завершенности.
Как выражается классик «Если бы я при этом деле присутствовал, то обязательно засадил бы верхом на собак беснующихся мартышек в красных колпачках на лысых головах и всунул бы в мартышечьи руки по крошечному факелу. Чтоб, значит, окончательно! Чтоб картинка такая была, что поднесёшь пальцы ко лбу перекреститься, да молча лицом вниз, навсегда.»
Так что если мне теперь говорят, что туркмены-тормоза, я только хмыкаю.
«-Вы их просто заводить не умеете» -ответствую на это степенно и снисходительно.
При правильном подходе туркмен-это олицетворение скорости и прыти.
Подойди к нему с душой-и как наскипидаренный скакать будет.
Я то видел.
Проезжал недавно по Котельнической набережной и привычно свернул подальше от бывшей «Березки»
Тьфу. И «Березки» давно нет, и меня никто тут 100лет как не ищет… А вот в конце 80х да… Тут обо мне много народу вслух мечтало.
Все началось с того, что Гольда швырнули «ломщики». Была такая профессия в СССР.
Вкратце-для позжеродившихся. Магазины «Березка» торговали на чеки Внешпосылторга. Получали их «выездные» -те кто мог по службе ездить в растленный Запад. В «Березе"и был филиал Запада-там было все. Даже не так-ВСЕ.
Предел мечтаний гражданина СССР: джинсы, японская техника, машины, икра-словом коммунизм там был.
Партия, таким образом, выполнила обещание, данное народу-построить коммунизм. Но сделала это не в отдельно взятой стране-а в отдельно стоящем магазине.
Чеки продаже не подлежали-но, само собой, продавались из-под полы. По курсу 1 к 2.
Ломщики же, что вертелись вокруг валюток обещали два рубля-а давали один. По курсу. Рупь за рупь. Там была сложная процедура-когда пачку купюр «ломали» пополам. Откуда и название.
Красота операции была в ее законности. Гражданин не мог заявить в милицию-все ж честно. К тому же сам попал бы под раздачу за спекуляцию.
Вернемся к Гольду. Эта лошина купила за 1200 чеков (сумма приблизительная) роскошную магнитолу-и, польстившись на бабки, продала ее ломщикам за 2400 рублей. Наивный.
Придя домой, он обнаружил, что отдал шикарную лайбу за 1200 деревянных. Копейки.
Общага забурлила. Разум возмущенный кипел-но идеи был все не очень.
«Пойти набить морду» -светило статьей и вылетом из института. Понятное дело, что ломщики наверняка в доле с Комитетом Глубинного Бурения-что курировали «Березу» -и сунься мы туда наводить справедливость-нам не поздоровится.
Я наморщил мозг. Что-то я помнил про эти магнитолы…
О!
– Товарищи уголовники!
– А?
– Урки, не забывайте, что мы студенты, а не птушники. Не позорьте альмуматер вашими босяцкими идеями. Тоже мне-профессора Мориарти: «Пойдем-ебала расколем!» —
какой дьявольский по изощренности замысел! Точнее-не замысел. Замысел плохим не бывает. Если замысел-говно, вот типа вашего-он именуется умысел. Декан будет краснеть за вас на суде. Фи.
– Что ты тут кружева плетешь? Идеи есть?
– Есть.
– Говори!
– Помните недавно в 402й магнитофон сони с подоконника наебнулся у Ричарда?
– Еще бы. Такое забудешь. Он до сих пор о нем воет.
– Во-во. И останки не схоронил еще. Там и коробка есть. Дошло?
– Йессс!!!
К делу подошли творчески. В коробку вставили доски-точно по весу двухкассетника, к верхней доске прикрутили ручку-она торчала из коробки (так сони делала в те годы),навязали тьму узлов. Расписали роли.
В магазин куклу мы пронесли толпой-что бы не заметили. А вот на выходе…
Два лоха (я и Паша) вывалили из магазина, счастливо блестя глазенками.
Как же. Такую лайбу оторвали. Все девки наши. Едем обмывать.
У порога к нам подскочили ломщики. Мол-продайте задорого.
Торг был долгий. Мы ломались, боялись, потели, снимали и одевали шапки, отходили посоветоваться, долго спорили (я был типа-за, Паша-против),потом менялись ролями-словом, довели ломщиков до белого каления. Наконец, а, гори оно все огнем! -продаем!
Три тышши восемьсот рябчиков-и забирайте!
Расчет, слюнявя пальцы и шевеля губами считаем бабки, потом-ой, вы нам одну сотню недодали-дайте пересчитать, пересчет покупателем (ломка пачки пополам) -возврат, и-
передача товара.
Ломщики пытаются развязать узлы. Тревожно. Сосна, конечно, ценный ресурс, но что то сердце мне вещует, они вряд ли посчитают сделку справедливой, если обнаружат наше
деревянное зодчество.
В ход уже пошли зубы. Хер там. Завязали на совесть.
Пора вмешаться.
– Паш, а дай-ка я еще раз деньги пересчитаю. Свой глазок-смотрок, а денежка счет любит…
Тут уже ломщики напрягшись.
– Ой! Гляди!
– Чо?!
– Мент идет! Тикаем, а то за спекуляцию посадят!
– А,э…
Ломщики ломятся в одну сторону-мы в другую. Думаем друг о друге совершенно одинаково-"-Ыыыы, лохи!!!»
С одной стороны, я совершенно не жалею, что не видел как ломщики вскрывали коробку. Лишнее это. А с другой-эх. Жаль. Глянуть бы на их рожи. Издалека…
История эта была довольно громкая. Нас искали.
Лет через 20 я познакомился с одним из бывших ломщиков. Серьезный человек.
Я припомнил эту историю. Сан Саныч ржал как конь.
– Так это вы?
– Азм есьмь.
– Вот суки! Как же мы вас тогда искали!
– А сами-то! А что сделали б?
– Сначала хотели придавить, как котов. Потом решили, если поймаем-в бригаду взять. Набив морду предварительно. Особенно за записку. Кто писал, кстати?
– Я.
– Сволочь. И так на душе погано-а тут на доске надпись-«Носи на здоровье!»
Скотина. У меня эта доска с прикрученной ручкой до сих пор дома хранится. На стене висит. Как чую наеб-на нее гляжу. Окупилась многократно. Ни в МММ не попал, ни в Хопер… Так что спасибо тебе…
– Да кушайте на здоровье…