В середине 90х довелось мне трудиться напару с одним выдающимся аферистом. Саня Волынский это было что-то. Никогда не видел столь обманчивой внешности. Снаружи-еврейский мальчик, внутри-битая рысь, прожженая волчара.
О наших подвигах напишу как нибудь позже, но пару фактов для общей картины-Саня организовал и возглавил Челябинскую ассоциацию бывших осужденных (ЧАБО), впервые в стране создав белый общак.
С уставом, офисом, счетом в банке итд.
Плюс-этот черт 6 лет находился в федеральном розыске, проживая по месту прописки.
Но не об том речь.
Как то идем с ним к машине и мне в руки падает девчушка лет 16 ти… Упилась что ли…
Но не похоже… Синюшное лицо, глаза под лоб, блять, да она не дышит!
Памятуя о своих спасательких умениях (два сезона в ОСВОД),пытаюсь ей помочь и тут Волына раскрывается с совершенно неожиданной стороны. Отшвыривает меня в сторону и начинает сноровисто вытягивать девчонку. Не помню, что он мне и набежавшим командовал-но летали все как подорванные.
Видно было-человек знает, что делает. Скупые, уверенные движения профессионала, отрывистые четкие команды-и ни грамма волнения. Как слесарь, что кран починяет прям.
Подъехавшая Скорая после обмена парой реплик моментом поступила ему под команду. Никаких выяснений-мол, а собсно кто таков? Колол он девке что-то тоже сам. В машине он сидел рядом и до самого приемного покоя все врачебные действия выполнял челябинский аферист, а не врач. Врач скакал по салону послушным мальчиком и ел глазами начальство. Наконец, сдали девку в реанимацию.
Выходим на улицу. Обоих-хоть выжимай.
– Сань, чо это было?
– Да какая тебе разница? Жить будет…
– Я не про то…
– Аааа… я на Скорой в кардиореанимации 5 лет отработал…
– Хуясе… А я и не знал.
– А я и не говорил.
– Надо, бы, дяденька, обмыть это дело… а то у меня поджилки что-то вибрируют…
– Едет чижик в лодочке, в генеральском чине. А не выпить ли нам водочки по такой причине?
– Во-во!
В тот вечер мы нарезались в дрова. Волына впервые заговорил о себе-и там было что послушать. По причине водочной амнезии воспоминания урывками-о чем сейчас сильно жалею… Так, попробую тезисно изложить оставшееся в памяти.
– Любой нормальный реаниматолог имеет за плечами средних размеров кладбище…
– Знаешь чем кардиореанимация от обычной скорой отличается?
– Ы?
– Обычная звонит в дверь и мирно интересуется тем -туда ли попали?
– А вы?
– А мы входили гораздо эпичней. Сначала залетает фельдшер и орет: РОЗЕТКА ГДЕ, БЛЯ?!!!!
– Зачем?
– Дефибрилляцию подключить. Причем мы уж навострились, что б время не терять-счет же на секунды: впереди бегу я с мониторами, за мной водила тащит аппарат, а фельдшер с розеткой наготове тут же втыкается-и рррраз! На том и попали как то…
– ?
– Вбегаем, там полутьма в комнате, стоит железная кровать с панцирной сеткой…
– Это тут причем?
– Сейчас поймешь. Пациент то ли обмочился могуче, то ли пролили они чего, короче, лужа на полкомнаты. Мы все в нее и вбежали. Внимания не обратили-не до того ж, ну и… Разряд! Давай! ННННАА!!!
– И чего?!
– И ничего! Пятью тыщами вольт как ебануло всех-мы как вороны разлетелись. Я, говорят, красиво вышел: полметра высота полета, жопой вперед, ноги и руки параллельно полу-и в руках мониторы с оборванными проводами. А глаза! Водитель говорил, что никогда такого выразительного взгляда у меня не видел! Но пациент завелся-хоть не зря страдали.
– Аййййй!
– Это что! Один раз космонавта запускали-мужик на унитазе сидел, мы ему прям там заряд бодрости дали…
– А чего не сняли с толчка?
– Да некогда! Начальница, Марина Петровна, зверь-баба, нас поедом ела за каждую секунду…
– И?
– Ну дали разряд-мужик прыг и башкой в потолок! Ебс-и опять на унитаз! Мы еще! Он снова прыг!
Раза три скакал…
– И чего?
– И ничего. Жена его и говорит-чего вы, мол, доебались до него-помер и помер, нехер тут прыжки в высоту устраивать, не Бубка чай…
– Отстали?
– Ага. У Марины теория была-если клиент очень хочет уйти, то его не вытянешь…
– Разумный цинизм.
– Ну да. Правда один раз она сама нас удивила-все правила свои нарушила.
– Говори!
– Сидим-обедаем. Это вообще святое. Хоть все передохните, а 20 минут в день на пожрать-наши.
А тут… Петровна влетает-лица на ней нет. Я и сам не понял как в машине оказался. Горбушка хлеба в зубах, ложка в руке, и на жопе свежий пендаль остывает… Водила наш так в жизни не гнал-она орала как бешеная. Два раза сами чудом не угробились по дороге. Прилетаем-11 этаж, лифт не работает. Мухами влетели, ног не чуя, на пинках Петровны. Аппарат, кстати кило 20 тянет…
– А там?
– А там жопа. Причем полная. Я тебе объяснять не буду-все равно не поймешь, но то что Марина творила-это высший пилотаж! Мы уху ели, на нее глядючи. Я ни до ни после ничего подобного не видел. 6 часов она его «держала». Хуй знает как.
– И?
– И вытянула! Довела до более-менее стабильного состояния-что его транспортировать можно было.
Отвезли, сдали, сидим-курим, руки трясутся. И спросить страшно-кто он ей? Может сын? Или мужик ее?
И тут Петровна на улицу выходит, пот со лба смахивает и так-в сторону, сквозь зубы:
– Уйти хотел, выблядок! 500 рублей мне должен!
Как же мы ржали… Я башку разбил об асфальт…
– Да! Надо знать у кого деньги взаймы брать!
– Золотые слова! А то занимать у некоторых чревато свинцовой интоксикацией организма.
– Это если не отдать?
– А какой дурак занятое отдает? Зачем занимать тогда?
– Резонно.
– За медицину?
– Прозит!