Эпизод из 90х.
Сейчас представить подобное нереально, ибо полиция наша окрепла правосознанием и ее на мякине не проведешь. Но в 90е менты были наивны в наркотиках, аки агнцы Божьи.
Место действия- квартирник у Смолина. «Квартирник» -это сборище музыкантов для совместного творчества и алкоголизма. В принципе, квартирник отличался от притона только музыкальными пристрастиями, да и то не всегда.
Понятно, что не все соседи были счастливы попасть на бесплатный концерт.
Аккомпанемент стуков по батареям, стенам и потолкам успешно заменял ударные инструменты. При определенной дрессуре граждане быстро учились колошматить, не выбиваясь из ритма.
Ну и, конечно, милиция иногда приходила за контрамаркой.
Одно радовало – в иерархии районных грехов громкая музыка стояла в самом низу общественно-опасных деяний.
Тогда граждане нечасто давали ментам отвлекаться на подобные мелочи. Околоточному, как правило, и грабежей с поножовщиной хватало. Не до блюза – когда вокруг сплошной блатняк.
Но в тот день у мусоров, видать, случилось затишье.
Звонок в дверь. Мы как раз провожали Виджея, стоя в коридоре. Виджей – индус, главред «Плейбоя» и известный московский распиздяй, собирался на раут в посольство, оттого был при параде. Английский костюм в его гардеробе удачно гармонировал с тюрбаном. В который Смолин вправил тещину брошь.
Второй его дружок (сикх) выглядел аналогично. Но без броши. Зато с бородой до пупа, на которую девки высыпали блесток.
Индусы забежали к Смолину курнуть плану перед официозом, план был атомный, потому особо не сопротивлялись тюнингу.
Стояли, икали и глупо хихикали.
Итак – звонок.
Виджей резко вспоминает, что ему пора на прием и открывает дверь. Там на него таращатся мусора.
Ушлый индус моментально врубается в ситуацию, молитвенно складывает перед собой руки и кланяется в пояс. Сикх синхронно повторяет за ним.
Опешившие мусора изображают некое подобие книксена.
Парадное в Москве. Грязь, запах кошачей мочи, тусклые лампочки, паутина, бычки.
И тут на тебя выходит такой павлин-мавлин. Киркоров на выданье.
Думаю, если б вслед за индусами под звуки бубнов и кимвал выскочила подтанцовка из 30 обезьян с фесками, в бархатных жилетах, с факелами в лапах и начали бы гангамстайл-денс плясать, менты б сильнее не удивились.
Загадочные иностранцы отодвигают остолбеневших кшатриев и шествуют к лифту. Напевая и приплясывая.
В глаза ментам бьют искры с бороды сикха. Посереди лба Виджея загадочно мерцает тещина брошь.
Все присутствующие молча провожают взглядами этих танцоров диско до лифта.
Лифт уезжает.
Повисает неловкая пауза. Ментам надо время, что бы собраться с мыслями.
Наконец, они вспоминают о цели визита.
Мол, жалобы, нарушаем, нехорошо итд.
Заходят в квартиру. А там – клубы дыма, как на пожаре. Только что три косяка выдули. Запах- ни с чем не перепутать.
– Ах вы тут еще и наркоманите?!!!
Смолин реагирует молниеносно.
– Мы тут причем? Это раджа.
– Ккакой раджа?
– Бенгальский. Вы ж его видели только что.
– ???
– Он же брахман по масти.
– И что?
– А брахману с низшими кастами общаться-западло. Он от этого прану теряет. Вот потому с раджой слуга постоянно ходит и помещение окуривает. Шашкой каннабиольной. Что бы зашквару не было, понимаешь? Принято у них так.
У меня аж уши похолодели. Каннабиольная шашка? Что он несет?!
Но менты проглотили этот бред не подавившись:
– Кто это тут низшие, я не понял?
– Да все присутствующие. Небрахманы. Мы-то ладно, кшатрии, а вот то, что они вас встретили-это вообще пердюмонокль. Теперь им месяц петь и танцевать придется, что б скверну смыть. Иначе Вишну не простит. Видел – как эти Зита и Гита коленца отплясывали по дороге?
Мент потряс головой. Разорванный шаблон никак не хотел склеиваться воедино.
– Не понял. Мы что для них – типа петухов что ли?
– Менты? Если офицер, шудра по ихнему, то еще куда ни шло. Но вот сержант – это гораздо хуже петуха – резвился Смолин. Как мы все это выдержали – уму непостижимо.
Поразительно то, что слушая смолинскую хуергу, сам начинаешь в это верить. Таким уверенно-скучающим тоном все излагалось.
Мусора набычились. Смолин моментально свернул экскурс в антропологию.
– Не, я тут причем? Это ж индусские суеверия. Есть возражения – в посольстве их озвучь. Адрес подсказать?
– Чуркобесы ебаные!
– Ну не скажи. Он же наследник Кашпура. У него денег… Смолин неожиданно запел Лемешевым: «Не счесть алмазов в каменных пещерах, Не счесть жемчужин в море полуденном, Далекой Индии чудеееес.»
Мент опасливо попятился.
Смолин наступил на горло собственной песне.
– Видал рубин на лбу?
– Ну.
– Глаз Кришны называется. Миллионов десять стоит.
– Долларов?
– Фунтов.
– Хуясе!
– А его слуга бороду брильянтами усыпает. Каждый день.
– Иди ты!
По глазам мента было понятно, что Виджею сильно повезло. Если бы не фора по времени, валяться б ему в подворотне с проломленной башкой за пятирублевое творенье советских ювелиров. А сикху кимберлитовую бороденку б выдрали с корнем.
Обуреваемых ксенофобией и жадностью ментов с почетом проводили до двери. Видно, что в их головах шла какая-то очень напряженная работа. Не готовы они были, видимо, к неожиданному погружению в мир «Тысячи и одной ночи».
Так растерялись от восточного колорита, что про жалобы соседей забыли напрочь.
В квартире музыканты ползали по паркету. В исступлении. Молча.
Услышав звук закрывающегося лифта толпа разверзла уста.
– Ауууууу!!! Смолин, сволочь, что ты творишь!!!!
– Каннабиольная шашка!!! АААААА!!!
– Ооооо!
– Сука… это как в армии – дымовая, только со шмалью?!!!! РДГ-2Ч?
– РКД! Ручная каннабиольная граната.
– Лучше ДМ11. В безветренную погоду обеспечивает полный обдолб личного состава противника на площади в три гектара.
– И превращение его в союзника!
– А при подрыве двух зарядов – в соратника! Ыыыы!
– И предотвращает зашквар кшатриев в радиусе ста локтей!
– Провоцирует выпендр фраеров!
– Аааа! Смолин! Вот кем надо быть, что б такую херню родить! Экспромтом!
В общем, концерт в тот вечер прошел на мажорной ноте. А менты к нам больше не ходили. Как их соседи не звали.