Бойкот и экономические санкции стали серьезным ударом для организаторов Олимпиады. Представьте: в стране идет большая стройка, и тут у вас резко обрываются все поставки и зависают платежи. За несколько месяцев нужно освоить новые технологии, найти новые источники финансирования, заказать все недостающие материалы. На Западе для Олимпиады закупалось очень многое — от запчастей до проводов для электроники, и то, что к моменту объявления бойкота еще не успели поставить, надо было срочно искать в других странах. Например, световые табло для стадионов в самый последний момент пришлось делать в Венгрии, и качество этой продукции вызвало потом многочисленные нарекания, что зафиксировано в олимпийских докладах ЦК.
Под угрозой срыва оказалась и вся билетная программа. Среди зарубежных гостей планировали реализовать более 1,7 миллиона билетов, бóльшая их часть которых действительно была выкуплена до начала Олимпиады. Их распространением занимались национальные билетные агенты, работавшие в 72 странах мира и выкупившие более 1,3 миллиона билетов. Важная деталь: платили не по номинальной стоимости в рублях, а в валюте своих стран, которая потом пересчитывалась в рубли по курсу, установленному государством. В общей сложности доходы от зарубежных продаж принесли в бюджет Олимпиады порядка 11,1 миллиона рублей.
После объявления бойкота туристы начали массово сдавать билеты: 25 тысяч — во Франции, 30 тысяч — в Италии, 31 тысячу — в Японии. Главной пострадавшей стороной оказались те самые контрагенты, которые вынуждены были возвращать деньги за билеты: в их договорах с оргкомитетом был пункт о том, что возврату на советской стороне билеты не подлежат. Что позволило выпустить билеты на соревнования по велоспорту и гребле в повторную продажу — уже для советских граждан, за скромные 30 копеек. Это был один из способов заполнить опустевшие трибуны. Правда, в какой-то момент в оргкомитете испугались, что западные контрагенты, потерявшие свои деньги, увидят в телетрансляции оплаченные места занятыми и потребуют компенсировать ущерб. Больше освободившиеся билеты в продажу не выпускали.
Главным ударом по экономике Олимпиады-80 стал уход иностранных спонсоров. При этом сотрудник оргкомитета Владимир Коваль в своей книге «Записки олимпийского казначея» подчеркивает: существенную часть платежей многие компании успели провести в 1978–1979 годах, то есть еще до объявления бойкота. Так было, например, с американской компанией NBC, которая выкупила права на телетрансляции за 87 миллионов долларов. К концу 1979 года американцы перевели бóльшую часть суммы, но после объявления бойкота NBC пришлось отказаться от трансляций. Интересно, что американцы, которых бойкот лишил и телевизионных прав, и доходов от них, не стали отказываться от выплаты финального транша в размере 9,7 миллиона долларов. «Руководство NBC разъяснило, что запрет на финансовые операции будет действовать как минимум два года, — вспоминал все тот же Коваль. — Они предложили открыть счет на мое имя в Нью-Йорке и перевести туда „олимпийский долг“. Так я на некоторое время стал миллионером. Банк ежемесячно сообщал о состоянии счета, а весной 1982 года представители NBC проинформировали меня и НОК СССР о том, что они готовы перечислить деньги правопреемнику оргкомитета — Олимпийскому комитету СССР». Благодаря бойкоту оргкомитету удалось даже немного заработать.
Важнейшее обстоятельство во всей этой истории — позиция МОК. Провести Олимпиаду-80 в Москве хотел не только действующий президент организации лорд Килланин, но и его потенциальный преемник — Хуан Антонио Самаранч. Последняя встреча Килланина с президентом США Джимми Картером перед началом Игр состоялась в конце мая 1980 года. Она получилась корректной, но безрезультатной. Картер продолжал настаивать на своем, Килланин — на своем: «Игры будут проходить, даже если мне в одиночку придется соревноваться с самим собой».
Спасением Олимпиады-80, естественно, занимались и московские организаторы. Виталий Смирнов вспоминал, что несколько месяцев буквально жил в самолетах. Чтобы лучше донести свою позицию, представители оргкомитета лично встречались с главами Национальных олимпийских комитетов и спортивных федераций.
«Мы рассчитывали провести самую успешную по количеству участников Олимпиаду. До этого рекорд был в Мюнхене — 124 страны. Мы рассчитывали, что к нам приедут спортсмены более чем из 140 стран. Но договорились с представителями 81 государства. И если бы не предприняли активных действий, возможно, участников оказалось бы еще меньше», — резюмировал Смирнов.